Алексей БОРЫЧЕВ. Стихи


Борычев Алексей Леонтьевич – поэт, физик, кандидат технических наук, лауреат премий в номинации «Поэзия» журнала «Литературный меридиан» за 2013 год и «Зинзивер» за 2016 год, лауреат литературного конкурса «Дебют года - 2014» в номинации «Поэзия» Международного Союза писателей «Новый Современник», лауреат «Международного литературно-музыкального фестиваля «Звезда Рождества - 2016», (Запорожские отделения КЛУ и МСПУ), финалист международного конкурса поэтического журнала «Окна» (Германия) (2012 г.), финалист международного конкурса «Эмигрантская лира» в номинации «Поэзия», (Бельгия, Льеж) (2013 г.), финалист конкурса программы «Вечерние стихи» на звание «Лучший поэт 2013 года», (газета «Вечерняя Москва»), финалист 12-го Международного литературного конкурса «Вся Королевская Рать» 2015 года (ВКР-12) в номинации «Поэзия» Международного Союза писателей «Новый Современник», финалист литературного конкурса журнала «Свиток», (Германия), удостоен ряда медалей и дипломов от СП РФ, таких как медаль «А. С. Грибоедов», медаль «55 лет московской городской писательской организации», (СП РФ), диплом «За верное служение отечественной литературе» и др. Был редактором некоторых литературных журналов, например, "Новая литература". С 2007 по 2014 годы включительно - постоянный автор журнала "Юность". С 2014 года до настоящего времени - постоянный автиор журнала "Смена". Автор нескольких сотен публикаций в центральных, региональных и зарубежных журналах, газетах, альманахах, коллективных сборниках. Среди них: «Наш Современник», «Нева», «Смена», «Юность», «Московский вестник», «Аврора», «Невский альманах», «День поэзии», «Истоки», «Север», «Байкал», «Студия», публиковал стихи в Литературной газете, газете «День литературы», «Российский писатель», «Культура», «Московский литератор» и в ряде других изданий, автор девяти книг стихотворений. Стихи печатались в периодике России, Украины, Белоруссии, Молдовы, Казахстана, США, Канады, Германии, Финляндии, Израиля, Австралии, Узбекистана, переведены на иностранные языки, входят в учебники. Живёт в Москве.

Беги, берёзка!..

Знаю – безысходности пути неизмеримы.

Знаю – бесконечности безликие горят.

Что неповторимое? – здесь всё неповторимо!

Выстроились праздники и похороны в ряд…

Чистая – в лесной глуши – забытая берёзка!

Скоро ты, весенняя, к веселью побежишь!

В небе самолётная рассеется полоска…

Звуки все умолкнут.

Будут только свет да тишь.

Сколько никогда и ни на что неразделимо!

Сколько безразличия на небе, на земле!

Ты беги, берёзка, мимо всех событий, мимо,

Смех роняя светлый, и по свету, и по мгле!

По лестнице…

По лестнице, по лестнице ступают времена,

Толкают нас, толкают нас –

То в спину, то в затылок.

А лестница ведёт туда, где сон и тишина,

Где память, чувствами давясь,

Давно уже остыла.

Там нет путей и нет пространств. И только пустота

Зовёт меня, тебя и всех

В извечное иное.

И понимаешь: всё – не то, и ты совсем – не та,

Смеётся плач, крадётся смех

Тоскливой стороною.

И ты – не ты, и я – не я, и стёрты все следы

От наших мыслей и страстей

В трёхмерном скорбном мире.

Там каждый может быть любым, седым и молодым,

Всё постижимо в простоте,

Как меткий выстрел в тире…

Кувшинки смеха твоего…

Кувшинки смеха твоего,

Азалии твоих желаний,

Эмоций тонких вещество,

И облака твоих страданий, –

Волшебнодействуют во мне,

И волшебство передаётся

Еловой зябкой тишине,

Траве, деревьям, небу, солнцу…

А я стою. А я смотрю.

В лесные изумруды лета,

Смотрю в алмазную зарю,

И чётко понимаю – где-то

Живёт второй такой же я.

Его характер – симметричный.

В пределах инобытия

Тебя преследует привычно.

Тебя другую… То есть нет…

Конечно, не тебя. Но всё же –

Там, где течёт алмазный свет –

Так на тебя она похожа!..

Однако лилии черны,

Что смех её обозначают,

И ядами напоены

Презренье, радости, печали.

Ассоциации…

Равнодушной волной океана

Рождена в перламутре заря,

Где белёсой печатью тумана

Усыпляется дух сентября.

Времена пересыщены плотью

Многоводных спокойных пространств,

Где мечтают киты о полёте,

А мечта, будто спица, остра…

И чего-то забытого ищут

Бесконечной свободы круги…

Ветры памяти истово свищут,

Но твоей не коснутся руки.

Облака расцветают к рассвету.

Облака – это мысль о тебе...

Океанскому влажному лету

Не сыграть на пустынной трубе:

На пропавшей в болотном июле

Посреди среднерусских трясин.

И колеблется тенью на тюле

Темнота разлучающих сил...

Не то мне печально…

(триолет)

Не то мне печально, что жизнь прозевал,

А – что прозевал в ней себя!

И пусть я не встретил любовь-идеал, –

Не то мне печально, что жизнь прозевал!

Плевать, что учёный, богач, маргинал –

Живут все, о том же скорбя...

Не то мне печально, что жизнь прозевал,

А – что прозевал в ней себя!

Рассмейся в утренние зори…

Рассмейся в утренние зори

Слезой сверкающей росы,

Рисуя счастье на просторе

Сияньем солнечной слезы.

И пусть тебя на свете нету,

И ни меня... и никого...

В пыланье огненного света –

Покой, надмирность, торжество...

И влаги тёплые овалы,

И смех прозрачных сквозняков...

Судьба нас вместе не связала,

Нас,

Двух потухших светляков.

Так пусть же все так потухают,

Ведь нет тебя, и нет меня,

И никого не покарают

Взбесившиеся времена...

По комнатам гуляет ветер.

За окнами – тревога птиц.

Покуда – никого – на свете,

То никому и нет границ,

Ограничений и пределов...

Их нет, не будет никогда,

Пока земное опустело,

И – только Небо и Звезда...

Небо дышало светом…

Небо дышало светом. Небо смотрело осенью.

В листьях больших, янтарных – солнечный день дрожал.

Лица – мечты смешные – ранены злыми осами,

Осами дней осенних, тысячей светлых жал!

…Я погляжу на остров, тот, что вон там, на озере.

Чудится, будто лодка чья-то ко мне плывёт.

Кажется, это ты в ней, с чайной осенней розою,

Вёслами синь взрезая, смотришь в пучину вод.

Но ни тебя, ни лодки. Скучно. Однообразие.

Солнечный день осенний вывел тебя из тьмы.

Ты, как всегда, прекрасна, страстна до безобразия.

Но ни тебя, ни лодки… жаль, что не вместе мы!

Солнечный зайчик пляшет. Строит смешные рожицы.

Молча смотря на остров, вижу, что нет тебя…

Ты, как и всё на свете, только больное прошлое.

Но я живу надеждой, прошлое в ней терпя…

Вода в остатках теорем…

Вода в остатках теорем

И плавники столетней чащи –

Незамечаемы никем –

Покоем ли, толпой кричащей…

Момент весенне-летней силы

Вращает шарик пустоты,

И ощущения просты,

Как деревянный крест могилы.

А кто-то рассыпает дни

Крупой белёсой, остроснежной

И загораются огни

Тревоги тяжкой, безнадежной.

А кто-то тихо говорит:

«Вот так – смотри – бегут пространства.

В лесу токуют глухари,

Лесной весны протуберанцы.

Тебе знаком ли мой ответ

На все внезапные вопросы?» –

– Конечно, да! конечно, нет! –

Блистает небо купоросом.

И где-то в матричных полях

Льдом застывающее время

Сверкает строгостью нуля

И обещанием прозрений.

Но глухота густой земли

И вечная небес беспечность –

Стирают к черту все нули,

Всем открывая бесконечность.

И чисел стройные ряды

Бегут туда, где тает время,

Где ощутим событий дым

Иных миров и измерений.

Солнечный день

Какой сегодня яркий день!

Мерцающие блики.

Благоухает в сердце лень

Со вкусом земляники.

Однако всё-таки зима,

Мороз, и всё такое…

И сходит снежный день с ума,

Не ведая покоя:

Брильянтовые блюдца льда –

Оранжевы под солнцем.

Пространств огонь. Времён слюда…

В прошедший день оконце…

Такое светлое оно! –

Прозрачней не бывает!

А в нём забытый мир лесной –

Душа моя живая.

И ты одна! И только ты!

Стройна и величава:

Земная даль былой мечты,

Январская купава.

Принцесса Ольга. Где теперь?

Кому твоя покорность?

Какой же дикий злобный зверь

Твою терзает скромность?

Да и осталась ли она?

Да и была ли раньше?

Налью в бокал бурбон-вина…

А день смешлив, оранжев…

Бессмысленность

Звезда. Дымящаяся тьма.

И где-то в поднебесье –

Бессмысленность, слепа, нема, –

Парит над мелколесьем.

Бессмысленность всего и вся,

Небесного ль, земного…

Того, что можно, что нельзя,

Любого чувства, слова,

И действий всех, и мыслей всех,

И полного бездейства,

Того, что святость, или грех,

И старости, и детства.

Бессмысленности бытия

Отсутствуют законы.

Но в храмы ходим – ты и я

И смотрим на иконы…

И ждём от Бога благодать,

Боясь себе признаться,

Что всё отнимет время-тать,

А наш удел – бояться! –

Всего и всех, всегда, везде –

Хорошего ль, плохого,

Пока бессмысленность в узде

Сознанья, звука, слова.

Пока осенняя звезда,

Пока ветвей качанье…

Пока на «нет» найдётся «да»,

Возникшее случайно.

Октябрьское...

Аллеи световые. Прозрачные леса.

Светло бухает осень. И пьяными глазами

Глядит с тоской весёлой в уставшие глаза,

В мои глаза, прищурясь, блестя дождей слезами.

А что же предложить ей? Вискарь прошедших дней?

Коньяк былой мечты? Откуда же я знаю!

Ведёт тропа былого туда, где всё светлей.

Ведёт меня тропа, забытая, лесная.

А солнце высоко! А небо, как всегда,

Молчит, и на коне времён куда-то скачет…

Я помню о тебе, прощальная звезда!

И нету никого, но кто листвою плачет?

Как жаль, что нет её! Как жаль, что нет тебя!

Светящие леса – совсем не утешенье.

Всю жизнь терплю судьбу, прошедшее любя

И бесконечный лязг презрений, унижений!

В холодном октябре, просторном и пустом,

Шагаю от себя – к себе лиловой тенью.

Ни мысли о тебе… о ней… о той… о том…

И вот кончается моё... стихотворенье...

Пьяное

И свет. И только свет.

И ничего иного.

Оставит осень след

Померкнувшего слОва

Атласы и парча

И шёлк из тонкой нити.

Гортанный клик грача.

И колкость ежевики.

И в ком-нибудь другом

Проснётся ирреальность –

Бруснично-мятный ком

И чувств трансцендентальность.

Парча прошедших дней

И их невозвратимость.

И сани без коней

Проносятся всё мимо…

И мимо – всё всегда.

Чего и нет – всё мимо.

Печальнее звезда.

Угрюмей пилигримы. –

Идут, и каждый шаг

Бессмертием отмечен.

Черства моя душа

И сам бесчеловечен!

Не Та...

То ли вижу я тебя, то ли нет…

В подреберии щемит мой декабрь…

Кто же, кто же, как не ты, яркий свет!

Кто же, кто же, как не ты, на века!

Я в твои цвета войду – тишина.

В темноту твою войду – ярок свет.

И судьба моя тобой сожжена.

Прощена она тобой, или нет? –

Я не знаю… Семенят дерева

По морозу пустоты в высоту,

Где, как эхо, прозвучали слова:

Милый, выбрал ты меня, да не ту…

Как всегда опять не ту! Как всегда!..

Где же Та, ответь, прошу, не молчи!

…Но сгорит опять зима, как звезда.

И весна погасит вслед все лучи!

Декабрьское утро

Светлым-светло, и все цвета,

Цветам подобно расцветают.

И на востоке – чистота,

Морозно-льдистая, густая…

Стволы еловые блестят

Калейдоскопом скользких бликов…

Не досчитаешь и до ста, –

С небес просыплется брусника –

Из акварельных облаков,

С полей обветренного неба –

Слетают ягодки легко –

Крупицы хрупотного снега.

Они красны в лесных лучах,

И столь мерцающе-искристы,

Что, кажется, горит свеча

Во влажном воздухе лучисто.

Но, как всегда, чего-то нет.

Простуженные перламутры

Изысканно роняют свет.

Но сколь безжизненное утро!

Как будто выкатили гроб,

А в нём покойник, и в такую

Красу одет, ну, как сугроб

В зимы искрящем поцелуе…

Горчат пространства, времена,

Горчит и то, что было сладким.

Декабрь. Чаща. Тишина.

А остальное всё – загадки…

Колеблется камыш небес…

…А сквозь окно, струясь, глаза мне осень омывает

И бликов мотыльки крылами бьются в потолок.

Живая тень, живой огонь и мысль моя живая –

Калейдоскопят в пустоте, прозрачно и светло.

Светлы осенние леса, но призрачно и ломко

Сквозь них, кряхтя, идёт октябрь колючий, и хрустит

Грустящей тонкой тишины обветренной соломкой,

Которая лежит, дрожа, в сырой лесной горсти.

И ширь помножена на даль, и время на пространство.

Колеблется камыш небес в трясинах высоты.

Молчит прошедшее во мне в стремлении расстаться.

Но все старания его – скучны, просты, пусты.

И света шаткая вода, и тяжкий камень теми –

Одно кромешное ничто – квадрат ли, полукруг…

Я не с тобой и не с собой. Я сам, конечно, с теми,

Кого привёл осенний путь на север ли, на юг!..

Звенят слова осенних дней под звёздными крылами.

И сами дни, как мотыльки, на свет зимы летят.

Сверкают гроздья пустоты; поёт, сверкая, пламя.

Сверкает солнечный июль сквозь зимний листопад...

А что же будет!..

А что же будет? – темь и тьма. И ничего живого.

И лепестки счастливых дней мгновенно облетят.

Поставит время зеркала. В них отразится слово.

Его, смеясь, произнесёт кудрявое дитя.

И снова будут бить ключи, и снова непонятно –

Сгорит ли радости свеча, иль загорится вновь!..

В мерцанье тонкого огня – тоски святые пятна,

Иль безобразная стезя с надеждой на любовь?..

Звонят, звонят колокола, но молчаливо небо.

И темь, и свет, и свет, и мгла – кромешное ничто.

А на столе молчит, лежит… поёт краюха хлеба.

И ангел шепчет с высоты: Нигде, Не ты, Не то…

В голубых мотыльках…

(триолет)

Покажите мне лес в голубых мотыльках.

В оперении света весеннем.

Это будет душе во спасенье.

Покажите мне лес в голубых мотыльках!

Полдень… Тающий день… Воскресенье…

Лепетанье ручьёв! И подснежник в снегах!

Покажите мне лес в голубых мотыльках.

В оперении света весеннем.

23 – 24. 11. 2019

Окно…

- 1 -

Открытое в осень окно.

Смеялось и пело. Смеялось и пело.

И нитей густых волокно

От солнца, в него проникая, летело.

Окно сопрягало огни

Короткого счастья и долгого горя.

И мрачно горели они –

От севера, снега до юга и моря.

Игольчатый холод проник

В оконные блики. В осенние лики…

В окно – как бессмертья родник –

Струился внеременья символ великий!

Дрожало, скрипело окно.

Но символ – то писком, то пением птицы,

То – светом небес – всё одно! –

В меня проникал, чтоб в тебе сохраниться.

- 2 -

Окно – беспощадный палач.

Окно – всетворящий спаситель –

Послушай мой стон и мой плач!

Послушай мой голос в зените!

В зените страстей и мольбы

О будущем, о настоящем…

Осины. Берёзы. Дубы…

И памяти брошенный ящик. –

Всё это двоится в окне.

И лица, и мерзкие рожи…

Всё то, что погасло во мне.

И всё непогасшее тоже…

Звёздное

И мне – по лучу. И тебе – по лучу.

Звездою с тобою побыть я хочу. –

Качаться на лунных качелях,

Купаться в таёжных метелях.

Касаться ночных шелковистых ресниц,

Загадками тешить сиянье зарниц.

Упав с обветшалого неба,

Стать искрами зимнего снега.

И явится он, и она… и Оно,

Которых не видели очень давно.

Погаснем с тобой от восторга,

Смотря на них светло и гордо.

Припомнив, что это забытые мы,

Что жили во плоти, как в стенах тюрьмы,

На этой Земле, на планете,

Где счастливы птицы и дети.

Меж нами тенями бродило Оно,

Всё то, что нам знать по сей день не дано,

Но то, что нас крепко связало,

Единым нам стать приказало!

Звезда, мы с тех пор вместе, вместе с тобой!

Пусть кто-то смеётся над нашей судьбой.

Но Общее Наше Начало

Навек нас с тобой обвенчало…

Снова хлопья луны…

Снова хлопья луны осыпаются тихо на землю

И щекочет жасмин лепестками ночные глаза.

Растекается олово жизни; сверкая, колеблет

Розоватых времён поредевшие наши леса.

Я забыл имена, и меня их владельцы забыли.

И весна отступает к зиме с каждым годом грустней.

Ото всех остаётся лишь горсточка серенькой пыли.

От всего остального – мерцание спящих теней.

И чего ещё ждать от грядущего, если в прошедшем

Все отыграны партии. Всё – пустота… пустота…

И шагает по тихой планете толпа сумасшедших,

И над ними горит одинокая злая звезда.

Мерцает прошлого звезда…

Иду по голубому лесу.

Над ним господствует луна…

Сколь мало стало в жизни весу!

Сколь обесценилась она!

Сколь обесцветились мгновенья…

Сколь потускнел немой простор!

Разбиты прошлой жизни звенья.

И это мне – как злой укор!

Деревья. Детство. Солнце. Лето…

Блестят звенящие леса.

Кто скажет мне: Ну, где всё это? –

Молчат просторов голоса.

Молчит, грустя, слепое время.

И нет её… и нет тебя...

Ни мысль, ни чувство, ни прозренье!..

Живи один, тоску терпя.

И запивай надежды мякиш

Густой сукровицей судьбы.

Та, для кого хоть что-то значишь, –

Придёт, достойная мольбы.

А не придёт – так и не надо!

Деревни… Веси… Города…

Не в ней, не в них тебе отрада.

Мерцает прошлого звезда…

Избранные посты
Недавние посты
Архив
Поиск по тегам
Мы в соцсетях
  • zhmlogo
  • Vkontakte Social Иконка
  • Одноклассники Social Иконка
  • Facebook Social Icon

© 2020 Литературный оверлок