Стихи


Марина Карпман родилась в 1984 г. в Тюмени, выросла в Беларуси, с 2001-го г. жила в Москве.

Окончила Литературный институт им. А. М. Горького (семинар В. А. Кострова).

С 2015-го г. живет в Израиле.

***

Какие ж мы с тобою разные —

Кофейное зерно и конопля.

Глядя на нас, цветет сарказмами,

Глумится матушка-Земля.

Я — пальцы в кольцах, иглы в венах,

Ты — пиво, вобла и шашлык.

Представить вместе нас у Твена

Не повернулся бы язык.

Мичурин сдался бы, стараясь

Скрестить нас — воск и ананас.

И даже скалы ухмылялись,

Смотря с высот веков на нас.

Тяни-толкай, кентавр, гаруда—

Мы органичны в их ряду.

Мы как бумажная посуда,

Поставленная на пиру.

Судьба-алхимик, жизнь-шутница

Смешали в колбе наш союз —

Коктейль готов. Кривятся лица,

Попробовав его на вкус.

Мы вместе — это нереально:

Кофейное зерно и конопля.

Сакрально или ритуально,

Но нас не вынесет Земля.

****

Алексею Никонову

I

Да что ж происходит в городе?

Люди снова слушают поэтов.

Непревзойденно холодно

Непроходящее время — лето.

Рты раскрыты, головы подняты,

Юность -- едва одета.

А я вспоминаю непонятое,

Вечное когда-то лето.

II

Тому назад пару июлей

Мы — тоже почти раздетыми —

В темных квартирах прогуливали

Последнее наше лето.

Такие же юно-весенние,

Восторженно внимая поэтам,

Мы растрачивали, разменивали

Даром доставшееся лето.

Красивые, беспечальные

( Да каждый сам в душе был поэтом!),

На крышах порой встречались мы

С утренним, росистым летом.

В домах полузаброшенных,

Среди самопальных куплетов,

Мы просто жили в хорошее,

Очередное лето.

Под розовым небом, за столиком

С бокалом, с грозой, за газетой

Само нашло нас, алкоголиков,

То дивное, яркое лето.

Сентябрьским ветром простуженные,

Чихнув, потеряли билеты.

Ушло, оказавшись ненужным,

Прекрасное, тихое лето.

И мы очутились за дверью,

В стене не найти просвета.

Теперь навсегда потеряно,

Как в луже кольцо, лето.

III

…В зале душно и накурено,

Дымятся мысли и сигареты,

Они и скрывают погубленное

Нами самими лето.

Насмешливо, чуть завистливо,

Смотрю на фанатов поэта.

Им только предстоит немыслимое,

Бешеное, хмельное лето!

А нам туда нет возврата:

Взросленье — плохая примета.

В память надежно упрятано

Быстро прошедшее лето.

В надежде себя успокоить

Всё жду от кого-то ответа:

Друг мой, ты же будешь помнить

Наше с тобою лето?

***

I

Я дорога отчаянным поэтам,

Ты ищешь Бога в барабанной установке.

С утра, отплакав солью до рассвета,

Я увлеченно меряю обновки,

На кухне яйца-соль становятся омлетом,

Я обгрызаю ручку и рыдаю

Ты где-то в Тушино рождаешься поэтом,

Я где-то в Марьино поэтом умираю.

II

Поэты умирают по утру.

И виновата не дуэль, а виски с колой.

Поумирал, пошел опять к столу —

Принять сто грамм. Закалка старой школы.

Глицин и виски вечером. Потом,

Не сняв сапог, ложится спать поэт.

Посуда в раковине, сумка под столом,

А за окном смеркается рассвет.

III

В рассветной темной улице вдвоем

Мы изучаем пиво у ларька.

Нас ждет водозаборный водоем,

Твоей руки так ждет моя рука.

И, чертыхаясь на высоких каблуках,

Я ковыляю к речке --- за тобой

И верю, что немного погуляв,

Мы все-таки: «Пойдем уже домой!»

И будет сода в ванной. Я курю,

Мурлычет кот, ты пьешь, я ем конфеты.

А в Тушино закат. И я смотрю,

Как ты становишься отчаянным поэтом.